June 13th, 2015

blood–brain barrier

Застой и мы.

Было ли что-то хорошее в застое?
Да. - Мы!

Мы, тогда ещё подростки, со смерти Брежнева не то, чтобы верили, но ощущали, что маразм скоро кончится.

Пошли новые фильмы. Пацаны, Курьер, Асса.
В восьмом классе мы рассекали по школьному коридору один с гитарой на плечах другого - «Я подозвал коня...»
Разговоры начали выходить с кухонь.
Детские утренники перестали посвящать Ленину.
Учителя прервали занятия, чтобы дети посмотрели затмение солнца.

Было ощущение как ранней весной - и мы были частью этой весны.

Нам было всё в "дугу" - и очереди за гнилым луком, и запах гуаши в пионерских лагерях, которой мы писали «Пионерский отряд "Летний ветер"», и прополка турнепса в лагере труда и отдыха, и первая взрослая работа - забивание шурупов во время прохождения практики на мебельном заводе, и другая взрослая повинность - переборка картошки на овощебазе (и мы вырезали на ней нашими ножами для маркетри Made in the USSR).

Вся грязь нам была не страшна - не было ощущения обречённости, не было ощущения, что это навсегда.

Наоборот.
Мы знали, что когда мы будем взрослыми, мы такого делать не будем.
Мы знали, что мы не допустим такого мира.
Мы знали, что мы лучше, честнее, бесстрашнее, что мы не забиты ужасом войны и "ещё более трудного мирного времени".
Мы знали, что нашим родителям пришлось несладко. Но мы сыты и довольны и поэтому наша задача пойти дальше - сделать мир дружелюбным, открытым, чистым...

Большинство моего поколения такие.

Откуда же берётся то, во что мы вляпываемся сейчас?!
Застой, мрак, невежество, бесчестие, глупость, аморальность, злобность, агрессия, замкнутость...

И уже нет ощущения. что это не навсегда.

(Спасибо mi3ch за пробуждение желания написать.)